НЕБОСКРЕБ КЛУБНОГО ТИПА ИЛИ ДЕРЕВЕНСКАЯ УСАДЬБА — ч. 2

НЕБОСКРЕБ КЛУБНОГО ТИПА ИЛИ ДЕРЕВЕНСКАЯ УСАДЬБА - ч. 2«2000» — Я знаю большие сталинские квартиры, где родные люди могли хоть годами не встречаться, потому что их время и маршруты не совпадали. Ваши клиенты никогда не просили, например, сделать так, чтобы зять никогда не встречался с тещей?
— Наши клиенты, к сожалению, такие нюансы не очень учитывают. Хотя несколько дней назад был заказчик, который всегда спит отдельно от жены. Но хочет изредка с ней встречаться в ее спальне, в удобное для него время. У него двухэтажная квартира и мы продумываем, какие должны быть маршруты и так далее.
«2000» — Какие модные тенденции в оформлении жилья вам кажутся наиболее интересными?
— По большому счету, представление человека о жилище почти не менялось с каменного века. Это были все те же очаг, кровать и стены. Просто чем больше денег имел человек, тем больше было его жилье по площади. И больше в нем всяких колонн, карнизов, лепнины. То есть архитектура развивалась путем декорирования. А сейчас все меняется стремительно. Например, появился Интернет, и это значит, что в квартире должна быть некая уютная, тихая зона, где человек может поработать с компьютером.
Я вижу по своим заказчикам, что у себя в офисе они стремятся сделать очень сложные, навороченные, техногенные интерьеры из стекла и бетона, а дома им хочется иметь больше уюта, тепла. Какие-то старые вещи, напоминающие детство, бабушек.
Это борьба двух течений, которая никогда не закончится. Так что жилище будет двух качеств: одно — модное и современное, а другое — консервативное, основанное на старых традициях.
Например, сейчас очень модная тенденция- деревенский французский, испанский или мексиканский интерьер. То есть, натуральные материалы, когда столы и стулья сделаны из массивной древесины, стоят чуть покосившиеся комоды с посудой, на полу лежит старая мозаичная плитка, кругом тяжелые занавеси, балочный потолок, вообще, очень много дерева.
«2000» Я слышала, что совсем недавно вы сделали квартиру, которую действительно можно назвать жилищем XXI века. Что в ней такого необычного?
— Это квартира из стекла и металла. Источники света укрыты в стенах, и света очень много. Много воздуха. Стеклянные раздвижные двери, стеклянные двери ванной. На Западе этот стиль уже давно вошел в обиход.
«2000» Наверное, все это очень красиво. Но мне кажется абсолютно нежилым. Стеклянные столы вызывают ревматизм рук, гранит на полу — холодно и небезопасно.
— Вы правы, мы занимаемся новаторством, мы экспериментируем. Через это надо пройти и понять, что плохо, что хорошо. А классика останется всегда. Мы проектируем сейчас усадьбу в Подмосковье.
И сделали ее похожей на дворец Карла Росси в Санкт-Петербурге. Это стиль ампир, очень человечный. И это — тоже интерьер XXI века.
«2000» — А сами вы живете в каком доме?
— Я сейчас купил новую квартиру. У нее стеклянная стена, которая выходит в лес. С восьмого этажа видно огромное зеленое море. И это главная деталь интерьера. Поэтому все, что находится внутри, не так важно. Таких квартир в Москве мало. У меня будет много воздуха, светлые стены, минимум мебели. И никакого загромождения всякими полочками, картиночками, вазочками. Но особо на себе экспериментировать не буду, потому что сейчас любой эксперимент стоит огромных денег. Их нужно вкладывать в новые технологии, в новые материалы. Если бы у меня были средства, то я сделал бы раздвижные полы, опускающиеся потолки, передвижные стены. Мой друг, архитектор Рэм Хасиев, недавно спроектировал интерьер, в котором все зоны отделены раздвигающимися перегородками. Пришли к вам гости, вы сделали большую гостиную и маленькую спальню, а на ночь, наоборот, раздвинули стены и получили большую спальню. Но это очень сложная механика.
«2000» — Мебель будущего тоже, наверное, будет уезжать в пол или складываться под потолком?
— Да. Помните комнату Брюса Уиллиса в «Пятом элементе». У него такая маленькая ячейка со всякими выезжающими штучками. Так оно и будет. Только мне не близок сам подход «ячеистости». На то человечество и развивается, чтобы каждый имел столько жизненного пространства, сколько ему нужно. Я бы, например, с удовольствием поставил дома теннисный стол. И никто мне не докажет, что человеку нужно два квадратных метра — этого ему на кладбище будет достаточно. А на этом свете метров 50-100 человек с удовольствием бы обжил.
«2000» — Как вы определяете, что нужно заказчику? Ведь некоторые наверняка не могут четко сформулировать свои идеи?
— Архитектор — это психотерапевт. Сначала мы много общаемся с заказчиком, докапываемся до его философских понятий, представлений о жизни. На основе чего и создается концепция его жилья. А потом архитектор все время успокаивает заказчика, объясняя, почему эту трубу нельзя провести здесь, а эту лампочку повесить там.
«2000» — Как вы относитесь к жилым комплексам, которые сейчас растут в Москве как грибы? Вписываются ли они, на ваш взгляд, в архитектуру нашего города?
— Я в свое время занимался проектированием жилья в Москве. И знаю, что все проекты, по которым сейчас строится жилье, разрабатывались в конце восьмидесятых-начале девяностых годов. Тогда разрешили всем делать все что попало, пошли коммерческие проекты, и это было неправильно. В архитектуре наступили не лучшие времена, потому что в Москве получил развитие новомосковский стиль. Башенки, рюшечки. А все эти «Кунцево» из стекла и бетона, они тоже не похожи на жилые дома. Но мой взгляд, дом, в котором хочется жить, должен быть спокойным, не слишком высоким (этажей 6-10-12), без всяких «наворотов», без обилия металла и стекла. Кстати, сталинские дома делались очень неплохо — они человечные, хороших масштабов, со дворами, в которых можно укрыться от шума улиц. Сейчас очень много некрасивого, некачественного жилья. Оно испортило Москву. И только проекты, которые появились в 1998-1999 годах, надеюсь, сделают Москву другой.
«2000» — Экология — больная тема для такого большого города, как Москва. Насколько серьезное внимание вы уделяете этой проблеме, разрабатывая свои проекты?
— Мы сейчас работаем над большим проектом «Ходынское поле». Это будет рекреационная зона, со множеством выставок, музеев, мест для прогулок и торговли. А начинали мы с того, что проверяли не будет ли там много шума, выбросов вредных веществ, повышенной радиации, электромагнитного излучения, и т.п.
«2000» — Вы говорили о том, как строятся зоны общения в квартире, так же они, видимо, строятся и в большом городе. Если их правильно рассчитать, то жизнь станет комфортней и интересней.
— Да, у нас пока есть недостаток в пешеходных маршрутах. Гулять вдоль автомобильных трасс не слишком приятно. А если опутать Москву сетью таких пешеходных прогулочных улиц, которые будут связывать места отдыха, клубы, театры, музей, то из города не захочется уезжать.
«2000» — Не приведет ли развитие новых технологий к повышению уровня техногенных катастроф? Ведь у нас такие старые и ненадежные коммуникации.
-Такие аварии были всегда. Причем раньше, когда Москва была деревянная, горела она очень часто. Когда я был в Токио, городе с компьютерами на улицах, эскалаторами и чистыми машинами, — пахло там канализацией. Просто нет нормального стока. В Лондоне у каждого дома — свой котел отопления, бойлерная, газ или мазут, дым идет от каждого дома. У нас, по крайней мере, система централизованного горячего водоснабжения и отопления. Так что, все не так уж плохо.
«2000» — Какой вы видите Москву будущего?
— У меня есть такой идеальной образ. Летнее утро, поют воробьи. Город в дымке тумана, под первыми солнечными лучами. Такая теплая картинка. Москва очень гуманитарный город и очень зеленый. Я снимал Токио сверху — это сплошной камень. Если Москву привести в порядок, организовать правильное транспортное движение, то благодаря своей уникальной, разностильной архитектуре она заиграет новыми красками. У Москвы есть свой масштаб, и если ее не испортить небоскребами, такими как «Сити», то все будет хорошо. Ведь наш город уникален тем, что у него есть сердце. Это Кремль. Вот в Париже — Лувр, Нотр-Дам, но это не центр, это яркие пятна города. В Лондоне вообще центра нет, нет его и в Берлине. В Нью-Йорке есть Манхэттен, но нет точки отсчета. А у нас маленькая колокольня Ивана Великого, она приковывает к себе внимание. Город с таким центром трудно испортить.

 

Оставить комментарий

Логин
Последние публикации
Инженерные системы